фото: Петр Злобин

Доктор биологических наук Иван Степанян о генетической музыке, инструментах Pentagramon и новых системах музыкальных строев

Музыка – одна из наиболее бурно развивающихся форм искусства, адекватно выражающая дух времени и эстетику современности. Двадцатый век был ознаменован рождением новых жанров, таких как джаз, рок-н-ролл, ритм-н-блюз, хип-хоп, техно – принципиально изменивших музыкальный ландшафт и создавших абсолютно новые формы подачи, новаторские и революционные по своей сути. Поиск новых форм и развитие продолжается беспрерывно, порождая интереснейший симбиоз музыкальных и научных изысканий.

Мы поговорили с человеком, находящимся в фарватере этого движения. Иван Степанян – доктор биологических и кандидат технических наук, принимающий активное участие в деятельности Центра междисциплинарных исследований Московской консерватории, дающего широкую платформу для совместной работы музыкантов и ученых. Одно из важных направлений деятельности Центра – создание новых систем, развивающих и двигающих музыку вперед.

Иван является автором ряда патентов, в том числе зарубежных, на изобретения музыкальных инструментов, имеющих принципиально новый строй. Им был разработан ряд инструментов под брендом «Pentagramon» для исполнения генетической музыки.

В своем интервью для All Andorra Иван рассказал о новейших разработках Московской консерватории, связи музыки с генетическим кодом и рядом Фибоначчи, а также о том, как инструменты Pentagramon смогут изменить современную музыку.

Интервью: Дмитрий Толкунов

Иван, здравствуйте! Расскажите о вашем изобретении – Pentagramon?

Многими исследователями неоднократно осуществлялись попытки найти новые варианты музыкальной настройки с выходом в микротональности, основанной не на классической семинотной системе, на которой сейчас построена вся современная музыка и ее лады, а на принципиально ином музыкальном строе.

Эти эксперименты сейчас активно продолжаются, микротональная музыка развивается, но до недавнего момента не было четкого критерия этой микротональности, пока его не удалось обнаружить российскому ученому Сергею Петухову. В своей монографии «Матричная генетика» он анализирует генетический код математическими и матричными методами. Сравнивая отношения и пропорции генетического кода, Петухов вышел на принцип золотого сечения. Основное достижение его алгоритма заключается в том, что он обобщил классический пифагорийский музыкальный строй с помощью новых пентаграмных строев, основанных на числах Фибоначчи. Причем это уже получается не один музыкальный строй, а целая система. Система бесконечна, и музыкальные строи в ней вкладываются друг в друга, как в матрешке, начиная с одной ноты, потом две, три, пять, восемь,тринадцать и так далее – в соответствии с рядом Фибоначчи.

Структура музыкальных строев, напоминающая биохимическую эстетику ДНК-спирали

Эта структура строев в себе же содержит и новый критерий музыкальности. Если созвучия из двух или трех нот являются для нашего слуха вполне привычными, то пять является уже необычным сочетанием, восемь же – уже рождает новую музыкальную эстетику, которая лично мне напоминает некую биохимическую эстетику ДНК-спирали. Эти новые принципы легли в основу новой музыкальной системы лежащей в основе создаваемых нами музыкальных инструментов – Pentagramon.

Есть ли уже какие-то наработки в этой области не теоретического, а практического характера, то есть произведения, созданные на ваших инструментах, основанные на этой новой системе музыкальных строев?

Да, мы сотрудничаем со многими композиторами, но при этом я понимаю, что мы находимся только в начале большого пути. Проблема в том, что мы предлагаем новую музыкальную систему, которая требует пристального изучения и понимания ее принципа. Но когда композитор наконец все осваивает, то появляется возможность создавать настоящие шедевры и целое новое направление в музыке.

Как любой инструмент и музыкальная система это требует подготовки и таланта, в общем, это все не так просто. Мы  запустили наш сайт pentagramon.com в режиме музыкального инструмента, где уже в программе отображается наша система строев, что даст людям, желающим поработать в ней, наглядное понимание того, как она устроена.

Для сочинения музыки в этих строях рекомендую сначала выстраивать паттерн (один или несколько) в трех- или пяти ступенчатом строе, причем не ограничиваться одной октавой. Затем на полученную музыкальную ткань можно накладывать более сложную музыку в 8 или 13-ступенчатом строе и экспериментировать с модуляциями.

Пример музыкальной импровизации в пентаграмном 13-ступенчатом строе

А какие музыкальные инструменты вы производите в рамках проекта Pentagramon?

Синтезатор, который довольно красиво выглядит и при этом весьма эргономичен и удобен. На нем симметричная клавиатура, на который больше черных клавиш, чем мы привыкли обычно видеть. Так же в ассортименте у нас есть гусли и электрогитара.

Синтезатор Pentagramon

И недавно наши коллеги из Нижнего Новгорода стали официально выпускать под торговой маркой Pentagramon билу (плоские колокола золотого сечения) – это довольно большой инструмент, состоящий из подвешенных металлических пластин разного размера, по которым нужно бить специальным молоточком, каждая из которых отвечает за свою частоту, звучит он очень красиво и чем-то напоминает колокольный звон. При этом, принцип музицирования на этой звоннице основан на пентаграмном строе, в его основу взята трех-, пяти- и восьмиступенчатая система.

Так звучит била Pentagramon. Производитель – bila.msk.ru

Помимо непосредственного продвижения ваших инструментов, как вы популяризуете эти новые музыкальные системы , которые легли в основу их создания?

Мы участвуем в фестивале Symmetry, который регулярно проходит в Европе, в его рамках проводятся концерты музыкантов, проникшихся идеями генетической музыки, не только российских, но уже и иностранных. Подобные выступления можно услышать в рамках фестиваля «Московская Осень». Так же в московской консерватории центр междисциплинарных исследований, в котором я состою, проводит регулярные семинары и конференции, на них удалось на единой платформе объединить музыкантов и ученых. Это на самом деле уникальный прецедент, аналогов я не знаю.

К нашим семинарам уже наблюдается серьезный интерес со стороны влиятельных людей из музыкальной индустрии и светил мировой науки, в частности, нас посетил один из крупнейших специалистов – звукоинженеров, основатель School of Audio Engineering (SAE), бизнесмен и продюсер легендарной группы Eagles Том Майснер. Известный физик, теоретик квантового сознания сэр Роджер Пенроуз тоже посещал наш центр и знакомился с разработками в области пентаграмной музыки.

Недавно мы издали сборник трудов этих конференций в журнале «Биомашсистемы», он вышел отдельной книжкой и полон интересных статей о структуре различных музыкальных строев, музыкальных интерфейсах, психофизиологии музыкального восприятия, искусственном интеллекте, музыкальной криптографии – в общем обо всем, находящемся на стыке музыки, науки и техники.

Центр междисциплинарных исследований проводит регулярные семинары и конференции

А как вы думаете, с чем связан этот нарождающийся симбиоз музыки и науки? Не потому ли он происходит, что музыку можно охарактеризовать, как одну из наиболее точных форм искусства, в которой, так же, как и в архитектуре применяются математические алгоритмы?

Да, говорят, что музыка — это застывшая архитектура, а архитектура — это застывшая музыка. Добавлю, что музыка – это раздел математики. Так же музыка интересна тем, что это еще и раздел медицины.

Музыкальная терапия – мощнейшее направление в медицине, известное с древних времен, когда практиковались операции, проводившиеся под определенную музыку, обладающую анестетическими свойствами.

Именно этой своей междисциплинарностью, объединяющей искусство, математику и медицину – музыка и интересна одновременно представителям мира науки и людям искусства.

Подобные исследования сейчас проводятся по всему миру. Например, Лондонский Симфонический Оркестр провел концерт, где каждый участник проигрывал мелодию своего ДНК. Для этого они условились, что каждая буква из ДНК кода имеет музыкальное выражение в определенной ноте или аккорде. Но сделано все это случайным образом, с таким же успехом можно проиграть и номер своего телефона, произвольно присвоив каждой цифре определенную ноту. Это все имеет отношение больше к концептуальному искусству в отличие от нашей системы, с помощью которой можно создавать музыку, базирующуюся на объективных физико-химических параметрах молекулы ДНК.

А не думаете ли вы, что стремление втиснуть понимание музыки в определенную систему и математические алгоритмы в чем-то убивает ее магию, как достаточно интуитивной формы искусства, создаваемой по наитию?

Это хороший вопрос. Я считаю, что музыка это прежде всего творчество, которое идет от души, поэтому мы и делаем инструменты, чтобы музыкант мог выразить себя и свои чувства, но при этом наши инструменты и новые музыкальные системы, на которых они основаны, дают ему более широкую палитру для этого самовыражения, поднимая его на качественно иной уровень.

Алгоритмическая же музыка более ограничена, она может быть и выразительной, но это уже не то, это идет не изнутри, не от души и это, как правило, слышно. Такой музыкой мы тоже занимаемся, что достаточно интересно, в порядках эксперимента мы озвучивали длинные геномы, и они достаточно интересно звучат – есть как гудение роя пчел или перезвон колокольчиков.

Пример сонификации фрагмента ДНК генетическими музыкальными алгоритмами

Основное назначение Pentаgramоn – произвести революцию в музыке и изменить базисные принципы ее создания?

Не совсем. Мы ни в коем случае не противопоставляем себя сложившейся музыкальной системе, а скорее воспринимаем Pentаgramоn как ее дополнение и дальнейшее развитие.

Какие у вас дальнейшие планы по развитию проекта?

Надо набрать как можно больше музыкального материала, который наилучшим образом презентовал бы это новое направление. Надо, чтобы как можно больше народу в это включилось. Именно поэтому мы стали делать электрические музыкальные инструменты – синтезаторы и электрогитары.

Классическая музыка – удел ограниченного количества людей, а настоящая индустрия находится в массовой культуре – в том числе в электронике и роке. Мы открыты к сотрудничеству с представителями любых направлений, способных показать, насколько красивой и интересной может быть музыка, основанная на генетическом кодировании.

Так же важным аспектом вижу разработку музыкального софта для создания пентаграмной музыки. Написание музыкальных программ дело трудоемкое, в особенности, когда это касается работы с микротональностями и принципиально новыми системами. Мы приглашаем энтузиастов, которые не боятся экспериментировать с созданием новых программ и инструментов и развивать вместе новые музыкальные направления.

Искренне желаю вам успехов в этом деле и большое спасибо за интересную беседу.

Read more: Звуки музыки с Дмитрием Толкуновым ...